МЕТОДИКИ
Опросники
     
   

Бодрийяр Ж. Система вещей

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение
А. ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ СИСТЕМА, ИЛИ ДИСКУРС ОБЪЕКТА
I. Структуры расстановки
ТРАДИЦИОННАЯ ОБСТАНОВКА
СОВРЕМЕННАЯ ВЕЩЬ, СВОБОДНАЯ В СВОЕЙ ФУНКЦИИ
ИНТЕРЬЕР-МОДЕЛЬ
Корпусные блоки
Стены и свет
Освещение
Зеркала и портреты
Часы и время
НА ПУТИ К СОЦИОЛОГИИ РАССТАНОВКИ?
ЧЕЛОВЕК РАССТАНОВКИ

II. Структуры среды
СМЫСЛОВЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ СРЕДЫ: КРАСКИ
Традиционная окраска
«Природная» окраска
«Функциональная» окраска
Тепло и холод

СМЫСЛОВЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ СРЕДЫ: МАТЕРИАЛЫ
Природное и культурное дерево
Логика среды
Материал-модель: стекло
ЧЕЛОВЕК ОТНОШЕНИЙ И СРЕДЫ
Мягкая мебель
Окультуренность и цензура

СМЫСЛОВЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ СРЕДЫ: ЖЕСТУАЛЬНОСТЬ И ЕЕ ФОРМЫ
Традиционная жестуальность усилия
Функциональная жестуальность контроля
Новое оперативное поле
Миниатюризация

СТИЛИЗАЦИЯ - СПОДРУЧНОСТЬ - УПАКОВКА
Конец символического измерения
Абстракция могущества
Функционалистский миф
Функциональная форма: зажигалка
Формальная коннотация: крыло автомобиля
Алиби формы

III. Заключение: природность и функциональность
ПРИЛОЖЕНИЕ: ДОМАШНИЙ МИР И АВТОМОБИЛЬ
В. НЕФУНКЦИОНАЛЬНАЯ СИСТЕМА, ИЛИ ДИСКУРС СУБЪЕКТА
I. Маргинальная вещь — старинная вещь
ЭФФЕКТ СРЕДЫ: ИСТОРИЧНОСТЬ
СИМВОЛИЧЕСКИЙ ЭФФЕКТ: МИФ О ПЕРВОНАЧАЛЕ
«ПОДЛИННОСТЬ»
НЕОКУЛЬТУРНЫЙ СИНДРОМ: РЕСТАВРАЦИЯ
СИНХРОНИЯ, ДИАХРОНИЯ, АНАХРОНИЯ
ОБРАТНАЯ ПРОЕКЦИЯ: ТЕХНИЧЕСКИЙ ПРЕДМЕТ У ПЕРВОБЫТНОГО ЧЕЛОВЕКА
РЫНОК СТАРИНЫ
КУЛЬТУРНЫЙ НЕОИМПЕРИАЛИЗМ

II. Маргинальная система: коллекция
ВЕЩЬ, АБСТРАГИРОВАННАЯ ОТ ФУНКЦИИ
ПРЕДМЕТ-СТРАСТЬ
ЛУЧШЕЕ ИЗ ДОМАШНИХ ЖИВОТНЫХ
СЕРИЙНАЯ ИГРА
ОТ КОЛИЧЕСТВА К КАЧЕСТВУ: УНИКАЛЬНАЯ ВЕЩЬ
ВЕЩИ И ПРИВЫЧКИ: ЧАСЫ
ВЕЩЬ И ВРЕМЯ: УПРАВЛЯЕМЫЙ ЦИКЛ
ТАИМАЯ ВЕЩЬ: РЕВНОСТЬ
ДЕСТРУКТУРИРУЕМАЯ ВЕЩЬ: ПЕРВЕРСИЯ
ОТ СЕРИЙНОЙ МОТИВАЦИИ К МОТИВАЦИИ РЕАЛЬНОЙ
САМОНАПРАВЛЕННЫЙ ДИСКУРС

С. МЕТА- И ДИСФУНКЦИОНАЛЬНАЯ СИСТЕМА: ГАДЖЕТЫ И РОБОТЫ
«ТЕХНИЧЕСКАЯ» КОННОТАЦИЯ: АВТОМАТИКА
«ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ» ТРАНСЦЕНДЕНТНОСТЬ
ФУНКЦИОНАЛЬНОЕ ОТКЛОНЕНИЕ: ГАДЖЕТ
ПСЕВДОФУНКЦИОНАЛЬНОСТЬ: «ШТУКОВИНА»
МЕТАФУНКЦИОНАЛЬНОСТЬ: РОБОТ
АВАТАРЫ ТЕХНИКИ
ТЕХНИКА И СИСТЕМА БЕССОЗНАТЕЛЬНОГО

D. СОЦИОИДЕОЛОГИЧЕСКАЯ СИСТЕМА ВЕЩЕЙ И ПОТРЕБЛЕНИЯ
I. Модели и серии
ДОИНДУСТРИАЛЬНАЯ ВЕЩЬ И ИНДУСТРИАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ
«ПЕРСОНАЛИЗИРОВАННАЯ» ВЕЩЬ
Выбор
Маргинальное отличие
ИДЕАЛЬНОСТЬ МОДЕЛИ
ОТ МОДЕЛИ К СЕРИИ
Технический дефицит
Дефицит «стиля»
Классовая рознь
Привилегия актуальности
Личность в беде
Идеология моделей

II. Кредит
ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ ГРАЖДАНИНА ПОТРЕБИТЕЛЯ
ОПЕРЕЖАЮЩЕЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ: НОВАЯ ЭТИКА
ПРИНУДИТЕЛЬНОСТЬ ПОКУПКИ
ВОЛШЕБСТВО ПОКУПКИ
ДВОЙСТВЕННОСТЬ ДОМАШНИХ ВЕЩЕЙ

III. Реклама
ДИСКУРС О ВЕЩАХ И ДИСКУРС-ВЕЩЬ
РЕКЛАМНЫЙ ИМПЕРАТИВ И ИНДИКАТИВ
ЛОГИКА ДЕДА МОРОЗА
ИНСТАНЦИЯ МАТЕРИ: КРЕСЛО «ЭРБОРН»
ФЕСТИВАЛЬ ПОКУПАТЕЛЬНОЙ СПОСОБНОСТИ
ДВОЙСТВЕННАЯ ИНСТАНЦИЯ: ОДАРИВАНИЕ И ПОДАВЛЕНИЕ
ПРЕЗУМПЦИЯ КОЛЛЕКТИВА
Стиральный порошок «Пакс»
ГАРАП
НОВЫЙ ГУМАНИЗМ?
Серийная постановка рефлекса
НОВЫЙ ЯЗЫК?
Универсальный код: стэндинг
Заключение: к определению понятия «потребление»

О ПЕРВОЙ КНИГЕ ЖАНА БОДРИЙЯРА
"Система вещей" вышла впервые в 1968 году и сразу принесла славу своему автору, французскому ученому и эссеисту Жану Бодрийяру (род. в 1929 г.). Целая сфера современного общественного быта - потребление товаров, вещей - открылась в ней для исследования строгими научными методами и одновременно для глубокой социальной критики.
Потребление, по мысли Бодрийяра, - это характерно современный феномен, определяющий признак так называемого общества изобилия. В таком обществе использование вещей не исчерпывается их простым практическим применением (какое имело место всегда и всюду) или даже их семиотическим применением как знаков отличия, богатства, престижа и т.д. (что тоже встречается во всех человеческих обществах). Потребление - это интенсивный процесс выбора, организации и регулярного обновления бытовых вещей, в котором неизбежно участвует каждый член общества. Приобретая вещи, человек стремится к вечно ускользающему идеалу - модному образцу-модели, опережает время благодаря покупке в кредит, пытается зафиксировать и присвоить себе время, собирая старинные, коллекционные вещи. Свои фантазмы и тревоги он проецирует на технические игрушки современной цивилизации - так называемые "гаджеты", на сложные автоматы и полуфантастических роботов, этот гибрид вещи и человека. Для утверждения и регулирования такого способа обращения с вещами служит реклама, цель которой - не столько способствовать продаже того или иного конкретного товара, сколько внедрять в сознание людей целостный образ общества, "одаривающего" своих членов материальными благами. Понятое таким образом, потребительство не знает предела
4
и насыщения, поскольку имеет дело не с вещами как таковыми, а с культурными знаками, обмен которыми идет непрерывно и бесконечно, со все нарастающей скоростью. Эти знаки четко соотносятся друг с другом в рамках структурного кода, зато все больше отрываются от референтного, то есть собственно человеческого (личностного или родового) смысла; это знаки дегуманизированной культуры, в которой человек отчужден.
"Система вещей" вышла в пору расцвета французского структурализма и поначалу могла восприниматься как одно из произведений этого научного направления. Действительно, Бодрийяр широко пользуется лингвистическими категориями структуральной семиотики - прежде всего понятием "коннотации", дополнительного смысла, приписываемого обществом обычному знаку или, в данном случае, вещи; он открыто опирается на опыт Ролана Барта, который в книге "Мифологии" (1957) обосновал это понятие и в работах последующих лет стремился распространить семиотические методы на сферу повседневного быта. Само название книги Бодрийяра - "Система вещей" - соотносится с заголовком последней на тот момент работы Барта "Система моды" (1967), с которой ее сближает и задача методического описания легковесной, казалось бы, сферы бытовых вкусов и привычек как стройной многоуровневой системы значений. Однако первая книга Бодрийяра уже содержит в себе и неявную критику структурализма: дело в том, что системное манипулирование вещами-знаками, которым занимается структуралист-аналитик, имеет себе соответствие и на уровне самого "общества потребления" -например, в той же деятельности коллекционера. Структурный метод из научного метаязыка, метода критики современного общества незаметно превращается в один из объектов критического анализа. Подобное происходит в "Системе вещей" и с марксизмом, популярным в то время среди французских интеллектуалов (не лишне напомнить, что книга вышла в 1968 году - в год "студенческой революции" в Париже, причем застрельщиками массовых выступ-
5
лений явились тогда студенты Нантского университета -того самого, где преподавал социологию Жан Бодрийяр). С одной стороны, в книге сделана попытка углубить марксистскую критику буржуазного общества, выявив механизмы подчинения, отчуждения личности не только в сфере товарного производства, но и в сфере потребления, которую марксисты до тех пор были скорее склонны считать прибежищем человеческой свободы и индивидуальности. С другой стороны, такое углубление и расширение перспективы вскоре показало Бодрийяру, что сам феномен капиталистического производства в новейшую эпоху уже не является центральным и определяющим, что он сам включен в систему знаковых отношений на правах более или менее условной подсистемы. Поэтому Бодрийяру пришлось заменить политическую экономию материального производства и обращения более обобщенной "политической экономией знака" ("К критике политической экономии знака", 1972), а само производство предстало ему обманчивым призраком-симулякром, кривым зеркалом общественного сознания ("Зеркало производства", 1973).
В "Системе вещей" впервые вводится, хотя и без четкого определения, это центральное понятие зрелого Бодрийяра - "симулякр", то есть ложное подобие, условный знак чего-либо, функционирующий в обществе как его заместитель. Примеры, приводимые автором книги (например, симулякр природности, которой искусственно окружает себя отдыхающий "на лоне природы" отпускник, или же симулякр истории, ностальгически обустраиваемый хозяином современного дома путем включения в его конструкцию остатков старинной фермы, разрушенной при его строительстве), показывают, что он и здесь исходит из размышлений Р.Барта об обманчивой "натурализации" идеологических значений, о превращении реальной природы (или же истории) в условный знак природности или историчности. Правда, в своем анализе бытовых вещей Бодрийяр еще выделяет "нулевой уровень" симуляции - уровень чисто функциональных, собственно технологических задач и решений, ко-
6
торые внутренне не зависят от знаковой системы потребления, однако могут искажаться и сдерживаться ею в своем развитии. Именно под давлением этой системы, пишет он вслед за другими социологами (Льюисом Мамфордом, Эдгаром Мореном), бытовая техника уже несколько десятилетий переживает стагнацию, не обогащаясь какими-либо принципиально новыми объектами и решениями; в скором будущем его безрадостная констатация была опровергнута появлением такой революционной технической новинки, как персональный компьютер... В позднейших своих работах - и, пожалуй, только в этом отношении "Система вещей" может считаться его "ранней" книгой - Бодрийяр был вынужден оставить идею "настоящей" технической реальности вещей, опираясь на которую можно было бы вести критику неподлинных подобий; симулякры у него все более и более заполняют мир, не давая никакого доступа к "подлинности". Такая обобщенная критическая теория современного мира как мира знаков и подобий выдвинула зрелого Бодрийяра в ряд ведущих теоретиков так называемого постмодернистского состояния общества, которому соответствуют и новейшие формы постмодернистского искусства (их анализу также посвящены многие тексты Бодрийяра 70-90-х годов).
Первая книга Жана Бодрийяра, как и вообще его творчество, отличается ясностью изложения, парадоксальным остроумием мысли, блеском литературно-эссеистического стиля. В ней новаторски ставятся важнейшие проблемы социологии, философии, психоанализа, семиотики и искусствознания. Для России, с запозданием приобщившейся или приобщающейся к строю общества потребления, эта книга сегодня особенно актуальна, помогая трезво оценить человеческие возможности подобного общества, перспективы личностного самоосуществления живущих в нем людей.
С. Зенкин

Издательство "РУДОМИНО" МОСКВА, 2001
ББЛ 84.4.
Фр. Б75
Перевод выполнен по изданию: Jean Baudrillard. Le systeme des objets. Gallimard, 1991 (Collection Tel)
Перевод с французского и сопроводительная статья С. Зенкина
ISBN 5-7380-0156-7 ISBN 5-7380-0038-2
© Издательство "Рудомино". 2001
© С.H. Зенкин, перевод. 1995, 2001

 
 


Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика