МЕТОДИКИ
Опросники
     
   

Летнянова Э. Какую музыку сочинял Фридрих Ницше

Слово об авторе

Словацкая пианистка Элена Летнянова родилась в Братиславе (Словакия). Училась в Словацком техническом университете и Братиславском университете, где позднее защитила докторскую диссертацию. В дальнейшем преподавала в университетах Нитры, Братиславы и Дейтона (штат Огайо. США). Как пианистка получила образование в Высшей школе драмы и музыки в Братиславе и в аспирантуре Музыкальной академии им.Шопена в Варшаве в классе Марии Вилкомирской. Лауреат Специальной премии Чешского конкурса им.Шопена. В 1969 году стала одним из организаторов и руководителей правозащитного движения, протестуя против советского вторжения в Чехословакию, в результате чего ее отстранили от преподавания в Братиславском университете и на 12 лет лишили возможности выступать с концертами. Ей была выделена стипендия для занятий с Людвигом Хоффманом в Мюнхенской Высшей музыкальной школе, однако чехословацкие власти аннулировали ее визу. В 1984 году изнурительных преследований со стороны спецслужб Летнянова была вынуждена эмигрировать. С 1985 года постоянно живет в США. Последнее время возобновились ее контакты со Словакией; в частности с 1995 года она преподает в Академии драмы и музыки в Братиславе.
За последние 10 лет Летнянова дала более 200 концертов в крупнейших залах Европы и Америки, в том числе в Карнеги-холле, и была с энтузиазмом встречена критиками и публикой. В своей стране выступала с ведущими чехословацкими оркестрами. Много записывалась на Чехословацком радио и телевидении, а также для фирмы грамзаписи "Супрафон". Среди ее новых работ - сделанная в Бельгии запись полного собрания фортепианных сочинений Ф.Ницше. Ее книга "Фортепианная интерпретация в {VIII-XIX веках) была издана в США, а статьи публиковались в Словакии, США и Англии.

Величайшая личность, влиятельный и противоречивый философ Фридрих Ницше (1844-1900) на протяжении всей своей жизни питал живейший интерес к музыке, но для критики и слушателей как композитор он фактически неизвестен. Исследователей больше привлекали дружба Ницше с Вагнером, их интеллектуальное родство, позднее перешедшее в неприязнь и полемику со стороны более независимого Ницше. Хорошо известны его литературные работы, поддерживавшие Вагнера, а позднее полемизировавшие с ним. Однако музыкальное наследие Ницше звучит редко.
Влияние литературно-философских трудов Ницше на искусство конца XIX - начала ХХ века весьма значительно. Один из самых известных примеров - симфоническая поэма Рихарда Штрауса "Так говорил Заратустра", написанная за четыре года до смерти Ницше и навеянная его наиболее знамени той одноименной книгой. Американский ученый Пауль Мклович насчитывает 174 компози тора из 19 стран, прямо или косвенно обращавшихся к текстам Ницше. Среди них - Р.Штраус, Г.Малер, К.Орф, С.Танеев, П.Хиндемит, А.Веберн, А.Шенберг, Ф.Бузони, Г.Вольф. Произведения, связанные с творчеством философа, написаны в таких различных жанрах, как песня, соната, струнный квартет, симфония, опера, кантата, месса, оратория, реквием, даже пантомима. У Ницше черпала вдохновение плеяда выдающихся художников начала нашего века: Василий Кандинский, Франц Марк, Эдуард Мунк с его "Идеальным портретом", сделанным по фотографии философа после его смерти, Макс Эрнст, Джорджо де Кирико, Ганс Арп... В наше время с его новым кризисом - постмодернизмом - концепция Ницше вновь привлекла внимание. Удивительно чутко предвидевший надвигавшийся век с его плюрализмом и множественностью в искусстве и философии, великий мыслитель стал нашим культурным гуру.
Мало кто знает об интересном факте обратного влияния музыки на поэзию и прозу философа. Его трактат "Так говорил Заратустра" написан как бы в форме четырехчастной симфонии или сонаты. Отличающаяся чрезвычайно образным языком, эта книга оказывается на грани философии и искусства, подобно более поздним трактатам Хайдеггера.
Ницше стал музыкантом еще до того, как обратился к философии. Начальное музыкальное образование он получил в детстве у своего отца, лютеранского пастора. В юности будущий философ был известен как пианист-импровизатор, знакомивший университетских друзей со своими сочинениями. К моменту встречи с Вагнером (в 1868 году в Лейпциге, во время дискуссии с Шопенгауэром) 24-летний Ницше уже имел определенный опыт в композиции. Всего же им было написано 73 сочинения, большинство из них для фортепиано solo или в 4 руки, или же с участием фортепиано (один скрипичный опус, 17 песен, Квинтет для четырех голосов с фортепиано). Среди других - произведения для хора a cappella и сопровождением (фортепианным либо оркестровым), в том числе две ранние композиции - месса и оратория, а также множество неоконченных пьес. Не всегда можно с уверенностью сказать, когда и для какого состава был создан тот или иной фрагмент.
Сольные фортепианные сочинения Ницше создавались между 1854 и 1873-1874 годами. Особенно продуктивным стал 1862 год, когда появились "Героическая жалоба" ("Helden Klage"), "Венгерский марш" ("Ungarischer Marsch"), "Там ручей протекает" ("Da geht ein Bach"), "В лунном свете на Пуште" ("Im Mondschein auf der Puszta"), "Эрманарих - симфоническая поэма" ("Ermanarich - Symphonische Dichtung") и ряд других. Эти сочинения находятся в русле романтизма с традиционным для него музыкальным языком. Музыка исполнена различными настроениями - от печали, мечтательности, благодушия, религиозной возвышенности до монументальной патетики, героики, драматизма. Преобладает все же очаровательная поэтичность, как, например, в "Im Mondschein auf der Puszta".
Напрасно мы стали бы искать в сочинениях Ницше искру большого таланта, столь ясно слышимую в музыке его кумиров или в его собственных литературно-философских работа. В гармонии, форме, структурном развитии он не достигает уровня таких великих фигур, как Шуман, Шопен, Лист или Вагнер. Это вполне закономерно, ведь в музыке Ницше был почти самоучкой (как, впрочем, и в философии). Показательны его многочисленные ошибки в знаках альтерации, исправленные в новейших изданиях.
Сонатное мышление было чуждо ему. Лишь среди детских опытов Фрица мы найдем фрагмент Большой сонаты, сонатину и очень короткие сонаты G-dur и D-dur.

Поражает краткость почти всех фортепианных опусов, обычно не превышающих по объему двух страниц, а иногда занимающих лишь полстраницы. В постоянном следовании схеме "тема и ее вариация" (то есть представлении сразу двух "видений" темы или мотива), возможно, в какой-то степени и невольным образом отразилась скрытая стадия будущих тяжких недугов Ницше (шизофрения, прогрессирующий паралич), заставивших его прекратить творческую работу за одиннадцать лет до смерти. "Двухчастный" тип музыкального мышления Ницше противоречил бы развивающему или диалогическому подходу к тематическому материалу, поэтому в его коротких пьесах превалирует вариационный принцип (многократное варьирование начального мотива в том же "Im Mondschein").
Более пространны лишь две фортепианные композиции: поэма "Ermanaeich" (1862) и "Гимн дружбе" (1874) с подзаголовком "Вступление - торжественное шествие друзей к храму дружбы" ("Hymnus auf die Freundshaft. Vorspiel - der Festzug der Freunde zum Tempel der Freundschaft"). По форме они менее традиционны, чем короткие пьесы, но... и менее совершенны. Их можно отнести к музыке сугубо программной. Это определило форму, придавая пьесам черты фантазий или рапсодий. Это же обусловило и композиционные несовершенства. "Гимн" явно страдает от мозаичности и несогласованности эпизодов, напоминающих некий конгломерат фрагментов. Организующим началом "рассеянной" формы "Ermanarich" является вовсе не гармонический план, а многократное повторение свадебного марша. Подобным же приемом Ницше воспользовался и в "Гимне": после каждого из трех его разделов (трех строф гимна, по определению автора) звучит небольшой хоральный эпизод-интермедия.
Гармония у Ницше не выходит за рамки классико-романтической стилистики с ее уменьшенными септаккордами и терцовыми соотношениями тональностей. В коротких пьесах она часто ограничена простой схемой TSD, Модуляции не носят "неожиданного" характера. В строении аккордов преобладают терции и сексты. Правда, примечательны брошенные задержания и диатонические восходящие смещения аккордов, а также - в наиболее драматичных разделах - хроматические альтерации.
Во всех фортепианных сочинениях доминирует гомофонно-гармоническое изложение. При четырехголосном складе верхний голос является мелодическим, иногда он дублируется одним из средних голосов, Встречается и мелодизация басового голоса, обычно в октавном изложении. Полифоническая фактура и особенно чисто контрапунктические композиции - довольно редкое для Ницше явление. Вот отрывок из "Гимна", нелегкий для исполнения из-за широкого расположения полифонических линий.
В целом музыкальный стиль Ницше воспринимается как продукт незавершенной композиторской эволюции - его нельзя назвать зрелым. Скажем, у него не найти шумановского ритмического многообразия и импульсивности, но романтическая экспрессия все же глубока и серьезна. Язык Ницше не копирует вагнеровский, он скорее выявляет ряд соприкосновений с предшественниками Вагнера. Каскады октав в "Гимне" отчасти напоминают Бетховена, а могучие аккорды перед последней хоральной стройой этого сочинения вызывают весьма неожиданные ассоциации с "Богатырскими воротами" Мусоргского. Фактура "Da geht ein Bach" "выглядит" совсем по-шумановски, а тремоло и бравурные пассажи в "Skizze zur Foscari" и "Ermanarich" заставляют вспомнить Листа. Фактуру в духе шопеновских этюдов нахордим в "Im Mondschein auf der Puszta" Иногда звучание становится почти оркестровым, напоминая фортепианную транскрипцию, как, например, в последней части "Ermanarich".
В музыке Ницше не был столь радикален, как в философии. Его фортепианное письмо не щеголяет виртуозностью и, в отличие от листовского или шопеновского, предъявляет в целом скромные технические требования к исполнителю. Ему было свойственно писать по-шумановски пылкую или учтиво-мягкую, приятную музыку, лишь иногда, как в "Ermanarich", становящуюся бурно-драматической или, как в "Vorspiel", патетической и празднично-ликующей. Сложность и новаторство вагнеровского "Тристана" остались ему чужды. Он отдавал предпочтение "Кармен" Бизе, а у Вагнера - более традиционным "Майстерзингерам".
Трудно сказать, кем Ницше мог бы стать в музыке, если бы не прекратил занятия композицией в 29-летнем возрасте1; если бы не был подавлен разгромным откликом одного из ведущих музыкантов того времени, Ганса фон Бюлова, на свое фортепианное сочинение "Манфред размышляющий" (1872); если бы его не обескуражил Вагнер, который высмеял четырехручную пьесу "Отзвук новогодней ночи" (1871), посвященную Козиме Лист и впервые исполненную ею же и дирижером Гансом Рихтером. После публикации в 1872 году филолого-философского трактата "Рождение трагедии из духа музыки" карьера пианиста-импровизатора и композитора Ницше клонится к своему концу.
Ницше был весьма самокритичен: в конце каждого года он подводил итог своим деяниям и решал, какие из композиций не заслуживают права на существование. Многое он уничтожил сам. Вдобавок немало оригиналов пропало во время второй мировой войны. Сохранилось чуть больше 40 сочинений, некоторые во фрагментах. Конечно, великий философ не был великим композитором. Исполняя его музыку, я испытываю дискомфорт от несовершенства ее формы, но ценю в ней эмоциональную насыщенность, мечтательность, печаль. Без этой музыки наши представления о Фридрихе Ницше были бы неполными.

"Слово об авторе" и перевод с английского
Александра Щетинского
Публикуется по материалам журнала "Музыкальная академия", № 3-4, 1996 год.

Примечания
1 Лишь в 1882 году он в последний раз обращается к сочинению музыки и пишет одно из лучших своих произведений - песню "Молитва к жизни".

 

Фридрих Ницше, Том I:
Сочинения его детства и юности (1857-63)

Фридрих Ницше (1844-1900) полностью осознавал свое значение как мыслитель, который будет оказывать глубокое влияние на направление философских запросов будущих поколений. Признание его как философа твердо установлено, но, прежде, чем Ницше полностью посвятил себя философии, он уже создал значительные работы как поэт и композитор. Поэзия оставалась важнейшим средством самовыражения для него в его философских трудах; в ряде его трудов, особенное в Альзо ширах Заратустра, разделительная линия между философией и поэзией достаточно тонка. Музыкальное композиторство предшествует его увлечению философией, и поэтому обычно рассматривается как нечто незначительное для понимания его мысли. Сам Ницше, однако, считал важным, чтобы, по меньшей мере, часть его музыки должна быть известна с тем, чтобы избегать недопониманий его основных направлений как философа. Судя по его собственному свидетельству из письма от 1887 г.:
"...никогда еще не существовало философа, который, по своему существу был бы музыкантом до такой степени, как я".
Однако, когда речь идет о музыке, он не проявляет своего обычного утверждения в превосходстве. В том же письме он пишет:
"Даже так, возможно, что я мог бы быть совершенно безуспешным музыкантом".
Во время его жизни его сочинения не воспринимались как значительные ни его друзьями, ни широкой публикой. Даже после того, как его имя стало известным повсеместно, его сочинения либо оставались неизвестными, либо они воспринимались лишь только как любопытные штрихи его биографии. Целью этих записей является сделать звучание его сочинений доступным с тем, чтобы суждения, касающиеся их стиля и их ценности, могли бы быть выработаны без того, чтобы опираться на суждения других лиц даже в том случае, если они обладают таким статусом как Вагнер и фон Бюлов.
В период его насыщенного созидания как композитора, когда он был в возрасте от тринадцати до двадцати лет, Ницше нечасто комментировал свою деятельность в этой области. Это может быть следствием того, что у него не было преподавателя по композиции и что у него было мало возможностей сравнить свою работу с усилиями других композиторов. В более поздние годы, когда он оставил композиторство как средство самовыражения, он делал иногда ремарки, отзываясь вполне хорошо о созидательных музыкальных усилиях своих более юных лет. В письме от января 1875 г. Мальвиде фон Мейзенбуг он писал:
"Я пересмотрел сочинения своей юности и разложил их по порядку. Для меня всегда странно то, как через посредство музыки раскрываются неизменяемые аспекты характера; что то, что говорит мальчик через ее посредство, является таким четким языком сущности его всей натуры, что зрелый мужчина не хочет, чтобы это менялось - за исключением, естественно, несовершенств техники и тому подобного".
Двенадцатью годами позже, в октябре 1887 г., незадолго до того, как работа его жизни пришла к заключению, он писал дирижеру Феликсу Мотти:
"Мне хотелось бы, чтобы это музыкальное произведение (Гимн жизни) могло бы стоять как комплимент слову философа, которое, как это свойственно словам, должно оставаться по необходимости неясным. Действие моей философии находит свое выражение в этом гимне".
Ясно, что Ницше сам думал, что, по меньшей мере, это, его последнее сочинение, должно быть всегда связано с его именем как важный ключ к пониманию его философской мысли. Это представляет собой самый необычный вызов для философа, но и та манера, в которой Ницше представлял свои философские аргументы, тоже необычна и в некотором роде ближе к языку музыки, чем к тому типу отстраненного рационального аргумента, который предпочитают другие философы. Он хорошо осознавал ограничения рациональной аргументации и он подчеркивал, что эстетическое понимание жизни, по меньшей мере в том виде, в котором она развилась в западной культуре, черпает многое для своей силы от споров и разрешения дисонансов. В дополнение к этому музыка времени Ницше, включая его собственную, во многом использовала неожиданные модуляции (отклонения от тональных центров) и иногда от резких и шокирующих контрастов. Все это характерно также и для литературного стиля Ницше. Поэтому, думать о его письменных трудах, пользуясь терминами музыкальных партитур, может быть и не столько уж натянутым и может придать новые измерения значению его зачастую резким и противоречивым высказываниям.
Если и есть оправдание созданию трудов Ницше в терминах музыкальных образов, то знание его сочинений должно быть важным, чтобы получить доступ в самые глубины работы его мозга. Однако, до сих пор его сочинения привлекали мало внимания. Это может частично объясняться их относительной недоступностью. В своей полной форме они появились только лишь с 1976 г., когда Курт Пауль Янц опубликовал весь объем музыкальных трудов Ницше в одном томе (Фридрих Ницше, Дермузикалише нахласс, Баренрейтерферлаг Базель, называемый здесь ДМН). Но даже и если эта книга представляет собой научное достижение порядка первого ранга, все же она еще не осуществила широкого знакомства с музыкой Ницше. Целью данного собрания является сделать возможным прослушивание сочинений Ницше. Помимо их документарного сопоставления для последователей Ницше и студентов, они могут быть также чисто интересны как произведения искусства и помогать приближать Ницше как человека к тем, кто испытывает трудности в понимании и оценке слов этого философа.
Том содержит те сочинения Ницше, которые он написал до достижения двадцатилетнего возраста. Они представляют, в целом, весьма детальный комментарий к его эмоциональному и интеллектуальному развитию. Поскольку он работал без преподавателя, без регулярного инструктажа и при очень ограниченном внешнем поощрении, то они также представляют собой яркую демонстрацию его прирожденного импульса для самовыражения его независимости и его желания воспринимать риск и потенциальный провал. Некоторые биографические данные должны помочь в понимании их как регистратора развития его личности.
Ницше родился в Рокене (Саксония) 15 октября 1844 г., в семье, откуда выходили в течение многих поколений протестантские пасторы. Его детские годы отличались глубокой любовью к его отцу. Самые счастливые детские воспоминания Ницше были связаны со слушанием импровизаций его отца на пианино. Когда ребенку исполнилось только 5 лет, его отец умер от болезни мозга. От маленького мальчика ожидали, что он продолжит традицию и возьмет на себя те обязанности, которые нес отец в доме, где было много женщин. Вскоре после смерти своего отца, семья переехала в Наумбург, где Ницше получил уроки на пианино и где он имел возможность слышать хорошее исполнение церковной музыки. Его первые попытки сочинительства относятся к 1856 г., когда ему не было еще двенадцати лет. Эти первые попытки представляют собой достаточно амбициозные сонаты для фортепиано и оркестровые произведения; они характеризуются отсутствием техники и формального сочетания, но они показывают стремление мальчика войти в свою культуру не только как ученик, но и как активный участник. В четырнадцать лет он стал учеником знаменитой школы- интерната в Шульнфорте, которая обеспечивала глубокое гуманитарное образование, а также свободное время для учащихся, чтобы развивать свои собственные интересы. Вместе с двумя прежними друзьями из Наумбурга, которые также учились здесь, он основал общество для создания и споров о литературе, критических и музыкальных работ. Это общество, называемое "Германия", существовало три года. При приеме в общество Ницше принимал, в основном, сочинения, отражающие музыкальный опыт, с которым он в то время был знаком: наброски симфоний, ораторий, тональных стихов. Практически все эти работы оставались незавершенными, но они демонстрируют яркое, гармоничное и драматическое воображение. Большинство этих набросков рассчитаны на духовную музыку. В течение лета 1861 г. Ницше, должно быть, испытал кризис самосознания, осознав, что он был не в состоянии контролировать крупномасштабные музыкальные формы, а также отход от духовных текстов. В течение нескольких следующих лет его музыкальные стремления были сконцентрированы на сочинениях для фортепиано и песнях. Вместо религиозных текстов он искал вдохновения у романтических поэтов, а также у не- германского фольклора. Теперь он преуспел в завершении большинства своих музыкальных работ, которые отличаются как оригинальностью, так и техникой, требуемой для их формы. В течение этих лет он закончил обучение в Шульнфорте и начал изучение филологии в Боннском университете. Большинство его сочинений были созданы во время каникул и намеревались как подарки для членов семьи и друзей.
Музыка в этом томе
Исполнительские работы в данном собрании сочинений включают все сочинения Ницше, которые он написал до конца 1863 г. и которые он оставил в форме, годной для исполнительства. Единственным исключением является тональная поэма Эрманарихой 1862 г., произведение для оркестра, из которого он сделал законченную версию для соло на фортепиано. Существует намерение включить это сочинение в новый вариант для оркестра вместе с некоторыми более поздними оркестровыми работами Ницше при следующем издании данной кассеты. Не включено большинство сочинений, которые либо технически несовершенны и помешают исполнению, или которые существуют лишь как фрагменты или предварительные наброски. Там, где это было возможно и там, где качество изначальной идеи позволяло это, были произведены аранжировки или переписание для того, чтобы создать полную картину масштаба, насколько это возможно, развития Ницше как композитора.
Важно помнить, что сочинения, вошедшие в этот том, были написаны не философом Ницше, а мальчиком и юношей, который не обладал профессиональным образованием в области композиторства и который еще не достиг двадцатилетнего возраста. Даже в том случае, если они не являются свидетельством его философского мышления, они являются произведениями того же человека, который позже написал Альзо ширах Заратустра. Те исполнители, которые создали этот диск, стали любить и уважать музыку вдохновленного и талантливого юноши за его врожденные ценности, не говоря о его биографической значимости.
Записи
Эта запись была первоначально произведена в Конкордийском университете, Монреаль, Канада в качестве внутриучебного исследовательского проекта, в работу которого вошли департамент музыки и колледж Лонерганского университета. Помощь по исследованию была предоставлена факультетами изящных искусств и искусста и науки. Сама запись и редакторская работа проходила в 1992 и 1993 гг. в концертном зале Конкордия. Особая благодарность выражается д-ру карлу Полю Янцу, редактору музыки Ницше за его бесценные советы относительно исполнения конкретных сочинений.
Исполнители
Лауретта Альтман училась в Джуиллиардской школе музыки в Нью-Йорке и с Филипом Коэном в Монреале. Ее часто можно слышать как солистку и исполнительницу камерных музыкальных произведений, а также на Радио Канады. Она является соучредителем Александрийского фестиваля.
Вольфганг Боттенберг родился во Франкфурте, Германия, изучал философию и теологию до того, как начал учиться музыке в университетах Альберты и Цинцинатти. Будучи преподавателем в департаменте музыки в Конкордийском университете, он активно проявляет себя как композитор, преподаватель и научный работник.
Валери Кинслоу училась а Акадийском и Скджилльском университетах и у Найджела Роджерса в Лондоне. У нее есть несколько записей и она часто выступает на радио и в концертах.
Свен Мейер учился в Швейцарии и Франции и у Элеоноры Туровской в Монреале. Он выступал в ряде европейских музыкальных фестивалей как исполнитель, преподаватель и дирижер.
Эрик Оланд учился в университетах в Моунт Аллисон и Лавале. Он широко известен в Канаде за оперное и концертное исполнительство. Он обладает записями на фирмах МакДжилла и СНЕ.
Орфейские певцы - это хоровое общество Монреаля, которое регулярно выступает с концертами, отличающимися образцовым исполнением традиционных и современных произведений.
Петер Шуберт, дирижер общества Орфейских певцов, имеет степь кандидата наук в области музыкологии Колумбийского университета. Он является также членом музыкального факультета МакДжилльского университета.
Марк Корвин учился в университетах Виктории и Висконсина-Мэдисона, где он получил докторскую степень. Он является композитором и инструктором в области электроакустики, искусства записи и компьютерной технологии в Колумбийском университете.
Сочинения
1. Аллегн, для фортепиано. Написано до 1858 г. как одно из нескольких мультираздельных сочинений для фортепиано.
2. Хох тутеушауф, для хора. Написано в декабре 1858 г. для своей семьи. Поскольку оригинальный вариант состоит из отдельных частей, которые не всегда сочетаются друг с другом, было создано произведение для хора а капелла. Как и во многих более поздних работах Ницше не заканчивает это сочинение в ключе его начала. Переход Соль-мажор к Ми-мажор придает особый акцент праздничному характеру текста (Псалм 24, 7), который Ницше нашел в немецком переводе Мессии (№33) Генделя. Партитура Мессий для фортепиано находится в семейной библиотеке.
Поднимите свои головы, О вы ворота, и будете поднятыми,
Вы, вечноживущие двери,
И Король славы войдет
3. Введение, для фортепианного дуета. Возможно, написано до переезда Ницше в Шульнфорту и вполне возможно как начало мотета для хора и оркестра, который никогда не был завершен. Потребовалась огромная редакторская работа, поскольку в то время воображение юного композитора опережало его написание частей.
4. Фантазия, для фортепианного дуета. Оно было послано в 1859 г. от Ницше его сестре в качестве рождественского подарка. Это произведение может служить началом попытки в отношении более крупной оркестровой работы.
5. Мизерер, в пяти частях для хора а капелла. Написано летом 1860 г. как вклад в "Германию". Поскольку текст очень небрежно координировался с музыкой, то можно предполагать, что это сочинение в то время не исполнялось. Что касается Псалма 51, то Ницше использует каждую вторую строку через одну:
Сжалья надо мной, О Бог, согласно твоей любящей доброте.
Отмой меня тчательно от моего беззакония
и очить меня от моего греха.
Только против тебя я согрешил и сделал зло у тебя на глазах
так, чтобы ты был оправдан, когда ты говоришь
и был бы ясным, когда ты судишь.
Созерцай ты, желая внутри правды,
Заставь меня слышать веселье и радость так,
чтобы сломанные когти могли возрадоваться.
Создай меня в чистом сердце, О, Бог, и восстанови
правый дух внутри меня.
Возложи снова на меня радость твоего спасения,
и держи меня с помощью твоего свободного духа.
Освободи меня от кровавой вины, О, Бог моего спасения,
и мой язык будет петь о твоей правоте.
Поскольку ты желаешь не жертвенности, а то я воздам ее,
ты желаешь не в виде сгоревшего подношения.
Делай добро с твоим удовольствием для Зиона,
да строй ты стены Иерусалима.
6. Айнлейтунг, для фортепиано. В манускрипте не указана дата этого короткого сочинения. Оно может быть частью набросков для Рождественской оратории 1861 г. Наброски для Рождественской оратории. Наиболее амбициозными сочинительскими проектами периода юности Ницше являются мессы и реквиемы, написанные начерно в 1859 г., и Рождественская оратория, написанная также начерно в 1861 г. В то время, как месса имитирует классические модели, в основном Моцарта и Генделя, Рожденственская оратория демонстрирует интерес к "прогрессивной" хроматичной гармонии и использует оригинальные тексты. Моделями явно были оратории Мендельссона, которые исполнялись в Шульнфорте: идея Ницше заключалась в том, чтобы написать непоставленную оперу с различными сценами и актами. Эти фрагменты также слишком незакончены, чтобы позволить реконструкцию всей оратории. Двенадцать лет спустя Ницше использует незаконченный короткий фрагмент, касающийся истории благовещения, как основу для фортепианного дуета (Мелодия для двоих, Лоб дер Бармерзигкайт).
Данная запись является исполнениями двух фрагментов из начала Рождественской оратории, представляющей тьму, предшествующую явлению Мессии.
7. Айнлайтунг, для фортепиано. Предназначено как увертюра для оркестра.
8. Караульный, скоро ли кончилась ночь? Для хора. Существуют лишь хоральные фрагменты, которые потребовали обширной редакции. Текст явно самого Ницше:
Караульный, скоро ли закончилась ночь?
Тьма покрывает Землю,
Миры наполнены мраком.
9. Престо, для фортепианного дуэта. Контекст этого сочинения неясен. Это может быть началом стремительного движения запланированной симфонии.
10. Мое место перед дверью, песня. С этой песни Ницше начинает новую фазу как композитор, ограничивая себя мелкими, но успешно завершенными работами. Написана в октябре-ноябре 1961 г. В песне использован текст Клауса Грота, который вначале был на низком немецком диалекте. Ницше использовал перевод на высокий немецкий язык А.Б.Винтерфильда.
Тропинка вдоль садового забора,
как красива она была!
На заре я бывало шел отсюда
по колени в траве.
Я играл здесь до вечерней поры
с камешками и песком
Дедушка забирал меня домой поздно вечером
и держал мою маленькую ручку.

Как я тогда желал, чтобы я мог увидеть
мир, растущим высоко и мощно
Дедушка говорит: о, пусть так и будет!
это произойдет довольно скоро.
И так это и было: я не упустил
побродить по многим землям.
Это не дало мне и половины благословения
от того, как я держал руки дедушки.
11. Героическая элегия, для фортепиано. Это первое из серии характерных сочинений для фортепиано. Написана в 1862 г. в качестве вклада в "Германию".
12. Клавирштииклф, для фортепиано. Оригинальный манускрипт обрывается после 23 тактов. Сочинение, которое прослушивается на данной записи, было отредактировано и завершено в стиле Шумана, музыку которого в ту пору Ницше исполнял часто.
13. Венгерский марш, для фортепиано. Строенный метр и частая смена темпа и динамики делает это сочинение странным видом марша.
14. Цыганский танец, для фортепиано. Цыганский стиль, характер рапсодии, блистательное сочинение для фортепиано свидетельствует о влиянии Франца Листа. Часть оригинала манускрипта потеряна. Это сочинение было завершено в форму того, что редактор счел его первоначальными размерами.
15. Милый секрет, для фортепиано. Венгерское название говорит о том, что это сочинение может быть версией соло для фортепиано песни, основанной на стихи Шандора Петефи, которые не были найдены.
16. Из времени моей юности, песня. Это еще одно подношение "Германии" летом 1862 г. Текст Фридриха Рукерта.
Из моих юных дней
Я слышу песню такую дорогую.
Как далеки те ритмы,
Которые когда-то были так близки!

На деревенской улице
Ласточки провозглашают осень и весну.
Их песня все еще приветствует
То, что приносят сезоны?

Когда я уехал отсюда,
Сундук и чемодан, все были наполнены.
А теперь они так пусты,
И все скучно.

Ласточки не могут принести
То, чего ты так жаждешь,
Но птицы все еще поют на улицах,
Как и прежде.

Из моих юных дней.
Слышу ли я песню так дорогую,
Как далеки те ритмы,
Которые были когда-то так близки!
17. Ну, засмейся хоть раз, для фортепиано. Как и "Милый секрет", это сочинение для фортепиано, основанное на стихах, но в данном случае удалось найти стихи. Они принадлежат Клаусу Гроту и являются увещеванием отмести угрюмые мысли перед лицом красоты природы и жизни.
18. Да гет ейн бах, для фортепиано. Это сочинение существует как вариант для соло на фортепиано, так и как песня. Поскольку песня-мелодия модулирует на полшага вниз, интерлюдия должна была переставить первоначальный ключ в пассаж, напоминающий течение рассказа.
19. Ду гет айн бах, песня. Ницше не написал самостоятельную часть для голоса, а вписал текст в фортепианную часть. Это придает степень неопределенности в отношении точности слуха голоса. Текст Клауса Грота.
Ручеек бежит через долину.
В поисках чего бежит вода?
Мое сердце движется так же днем и ночью.
Кажется, что оно никогда не отдыхает.
Ручеек замедляет свой бег перед мельницей,
Он медленно вращает колесо.
Мое сердце, оно почти не может биться,
в ожидании оно горит.

Оно не может отдохнуть на своем пути,
Оно никогда не может быть спокойным,
И когда я иду вдоль тропинки
Оно стучит так же, как колесо.
Колесо, оно вращает мельницу, оно бежит,
И внутри есть песня.
Я прихожу: хорошенькое личико выглядывает,
Не заставляя меня долго ждать.
20. При лунном свете в Пузте, для фортепиано. Это еще одно сочинение для фортепиано в венгерском настроении. Написано летом 1862 г.
Унзерер альтнордерн айнгеденк (цвай полнише танце). В память о наших предках (два польских танца).
21. Мазурка, для фортепиано.
22. Аус тиер Зафила, для фортепиано. Ницше написал эти произведения в ноябре 1862 г. как рождественский подарок для своей сестры Элизабет. Возможно, что фамилия дала ему мысль о том, что его предками были поляки, но это не так. К концу его жизни эта идея стала навязчивой. Каким-то образом он смешивает венгерский и польский фольклор, а также их характерные ритмы; то, что называет "Мазуркой" имеет цыганский привкус, в то время как "Аус дер зарда" является несомненной мазуркой.
23. Сломанное кольцо, мелодрама для мелодекламациии фортепиано. Написанная в январе 1963 г., возможно, как подношение для "Германии". Текст принадлежит Джозефу фон Айхендорффу.
Внизу долины, там
Можно слышать мельничное колесо.
Моя любовь не живет там больше,
Которая однажды дала мне свое слово,

Дала мне кольцо как символ,
Что будет всегда верна,
Но когда ее слово было нарушено,
Кольцо, оно сломалось надвое.

Я хочу взять взаймы арфу,
Я хочу бродить по свету,
Петь о любви и печали
И идти от дома к дому.

Я хочу нанять лошадь,
Так, как солдат хочет воевать,
Сидеть у походного костра,
Мечтать во тьме ночи.

Я слышу как мельничное колесо стучит,
Часы, они проходят.
Я думаю, что было бы лучше,
Если бы оно, действительно, погибло.
24. Альбумблатт, для фортепиано. Возможно, что это сочинение было написано для пасхальных праздников 1863 г. Оно использует первые 21 такт мелодрамы и подсоединяет к нему новую концовку. Ключевой подписи нет. Обладая плывущей тональностью, оно является отличным примером импровизационного стиля Ницше.
25. Как головки тянущихся вверх цветов, песня. Текст этой песни принадлежит Августу Хофманну фон Фаллерслебен. Приезд поэта в Шульнфорту в октябре 1863 г., возможно, был тем событием, для которого Ницше написал эту песню.
Как головки ползущих вверх цветов: Как головки ползущих вверх цветов, Двигайся в нежном весеннем воздухе, Виноградные листья движутся в садовых беседках, Вьюнки цветут так красиво:

Так и мои мысли вечером и утром Вращаются вокруг твоего образа дорогого, И мои желания украшают Воспоминания о близких благословениях.

Текст, комментарий и перевод стихов Вольфганга Боттенберга.

Фридрих Ницше, Том II:
Сочинения его зрелых лет (1864-82)

Второй том сочинений Фридриха Ницше начинается с работ, которые он написал в 1864 г. т.е. до того года, когда ему исполнилось двадцать лет. В течение этого года он закончил свое обучение в школе-интернате Шульнфории и начал изучение филологии и теологии в Боннском университете. Этот год явился наиболее производительным в его карьере в качестве композитора, по крайней мере, если учитывать качество завершенных сочинений. Сюда входят его единственное завершенное сочинение в области камерной музыки, фантазия для скрипки и фортепиано, а также цикл песен. С началом его занятий в университете его стремление выразить себя через посредство музыки уменьшилось. Кроме того, и он признавал это, для того, чтобы преуспеть как композитор, ему потребовалось бы профессиональное руководство, в частности, обучение в области контрапункта. В письме, написанном в феврале 1865 г. своей матери, что было всего только через несколько месяцев как он стал студентом в Бонне, он заявил о том, что впредь он хочет сконцентрировать все свое внимание на филологии и что он принял твердое решение отказаться от сочинения музыки, по меньшей мере на тот период. Во время своей учебы в Бонне и позже в Лейпциге он написал всего несколько случайных композиций: одну песню, несколько небольших хоровых произведений, а также ряд незаконченных набросков для более крупных произведений. Его связь с музыкой приняла другой, более судьбоносный поворот благодаря его встрече с Вагнером. Это произошло в Лейпциге в ноябре 1968 г., когда Ницше впервые повстречался с Вагнером. Последующая дружба с Мастой и его женой Касимой стала делом всеопределяющего значения для всей его жизни и придала стимул его литературной карьере. Что же касается его дальнейшего роста как композитора, эти отношения, однако, сыграли, как представляется, незначительную роль.
Он писал это в период между апрелем 1873 г. и апрелем 1874 г. Эта работа прошла через несколько черновых стадий, пока, наконец, не приняла вид окончательной версии; она состоит из гимна из трех стансов; с развивающейся оркестровой прелюдией и интерлюдиями. Мелодия этого гимна появилась на свет без какого-либо присутствия текста. Приоритет музыки над словами представляет собой характерную черту подхода Ницше к сочинительству; слова зачастую сочетаются с его мелодиями таким образом, что нарушается естественное течение дикции. Для своего Гимна дружбе он безуспешно пытался найти подходящий поэтический текст; он даже приглашал некоторых из своих друзей написать такой текст. В конце концов, это, его последнее сочинение, также осталось незавершенным без текста и без оркестровки. Восемь лет спустя, летом 1882 г., ему попалась на глаза поэма Лу Андреас-Саломе, носящая название "Мольба к жизни", которую он воспринял как выражение своего основного отношения к жизни. Он подумал, что данная поэма могла бы быть использована, с некоторыми небольшими изменениями, в качестве текста для его "Гимна дружбе" 1874., который он теперь с этим новым текстом трансформировал в простую песню для голоса и фортепиано. Его первоначальная идея аранжировать этот гимн для хора и оркестра была окончательно реализована его другом и учеником Петером Гастом, который, в 1887 г., разработал аранжировку двух стансов гимна с использованием текста Лу Андреас-Саломе для хора и оркестра. Ницше опубликовал эту партитуру за свои собственные деньги, не указав Петера Гаста как аранжировщика, и разослал ее нескольким выдающимся музыкантам с предписанием, что это сочинение должно исполняться в память о нем самом, а также в качестве пособия для понимания основного направления его философской мысли. Одно из писем, которыми он сопровождал данную партитуру было адресовано Гансу фон Бюлову. Касаясь резкого отвержения фоном Бюловым своего Манфреда-Медитации, Ницше писал:
"Было время, когда вы выносили моему сочинению самый удушающий смертный приговор, который только возможен в области музыки и в отношении тех, кто сочинял ее. А теперь, несмотря на это, я осмеливаюсь снова послать вам кое-что - Гимн жизни, относительно которого я еще более желаю, чтобы он продолжал существовать. Когда-нибудь, в ближайшем или отдаленном будущем его должны петь в память обо мне, в память о философе, у которого не было настоящего, который даже не хотел его иметь".
Ни Ганс фон Бюлов, ни музыкальный или философский мир с той самой поры не придавали большого значения этому желанию Ницше. Но музыка, будучи когда-то положенная на ноты, имеет живительный голос. Музыка Ницше звучит сегодня для нас после словесных споров, утихших после его жизни, с удивительной свежестью и ясностью в качестве свидетельства его личности и мысли.
Музыка
Данный том содержит все законченные произведения Фридриха Ницше, которые он сочинил в течение 1864 г. и после, со следующими исключениями:
Не включены четыре произведения, которые Ницше, предназначал для оркестра или хора и оркестра. Вот они:
1 НахклангейнерСильвестернахт (1871 г.)
2 Манфред-Медитация (1872 г.)
3 Химнус ауфди Фрейндшафт 1874 г.)
4 Химнус ан дас лебен (1887 г. в аранжировке Петера Гаста)
Намерением редактора этих записей является издание отдельной кассеты с использованием этих произведений хором и оркестром.
Запись
Эта запись была первоначально произведена в Конкордийском университете, Монреаль, Канада, в качестве промежуточного учебного проекта с привлечением Департамента музыки и колледжа Лонерганского университета. Исследовательская помощь была оказана факультетами изящных искусств и искусств и науки. Время записи и редактирования пришлось на 1992 г и 1993 гг. в Конкордийском концертном зале. Особая благодарность выражается д-ру Курту Паулю Джанцу, редактору музыки Ницше за ценнейшие консультации, касающиеся исполнения конкретных произведений.
Исполнители
Лауретта Альтман училась в Джуиллиардской школе музыки в Нью-Йорке и с Филипом Коэном в Монреале. Ее часто можно слышать как солистку и исполнительницу камерных музыкальных произведений, а также на Радио Канады. Она является соучредителем Александрийского фестиваля.
Вольфганг Боттенберг родился во Франкфурте, Германия, изучал философию и теологию до того, как начал учиться музыке в университетах Альберты и Цинцинатти. Будучи преподавателем в департаменте музыки в Конкордийском университете, он активно проявляет себя как композитор, преподаватель и научный работник.
Валери Кинслоу училась а Акадийском и Скджилльском университетах и у Найджела Роджерса в Лондоне. У нее есть несколько записей и она часто выступает на радио и в концертах.
Свен Мейер учился в Швейцарии и Франции и у Элеоноры Туровской в Монреале. Он выступал в ряде европейских музыкальных фестивалей как исполнитель, преподаватель и дирижер.
Эрик Оланд учился в университетах в Моунт Аллисон и Лавале. Он широко известен в Канаде за оперное и концертное исполнительство. Он обладает записями на фирмах МакДжилла и СНЕ.
Орфейские певцы - это хоровое общество Монреаля, которое регулярно выступает с концертами, отличающимися образцовым исполнением традиционных и современных произведений.
Петер Шуберт, дирижер общества Орфейских певцов, имеет степь кандидата наук в области музыкологии Колумбийского университета. Он является также членом музыкального факультета МакДжилльского университета.
Марк Корвин учился в университетах Виктории и Висконсина-Мэдисона, где он получил докторскую степень. Он является композитором и инструктором в области электроакустики, искусства записи и компьютерной технологии в Колумбийском университете.
Сочинения
1. АйнеСильвесттернахт, для скрипки и фортепиано. Написана в самые ранние дни 1864 г. для друга детства Ницше - Густава Кинга. Это сочинение отражает счастливое настроение зимних каникул. Это первое удлиненное сочинение, которое Ницше довел до завершения. Десятилетие позже Ницше использовал интродукцию к этому сочинению как начало двух других работ: Нахкланг айнерСильвестернахт и Манфред-Медитация.
2 - 10. Девять песен. В течение ноября и декабря 1864 г. в то время, когда он только что начал занятия в университете в Бонне, Ницше написал цикл из 12 песен, из которых существуют пока еще только девять. Вдохновением для них послужило его недавнее знакомство с марией Дейссен, сестрой его друга и студента, с которым он учился, Пауля Дейссена, которому он послал четыре песни; еще восемь были высланы домой свое матери и сестре в качестве рождественского подарка. Очевидно, что ницше высоко думал об этих песнях. В 1866 г., когда он был студентом в Лейпциге, он скопировал несколько из них для актрисы Гедвиги Раабе и посвятил их ей.
2. Заклинание, песня. Текст Александра Пушкина, переведенный на немецкий язык Теодором Опицем.
Если правда, что ночью,
Когда все, кто живет, крепко спят,
Лунные лучи освещают камни светом
Для тех, кого держит смерть,
Если правда, что некоторые видели,
Что тогда могилы тихо открываются,
Тогда я крикну имя своей Лейлы:
Приди, приди ко мне, моя любовь, ко мне.

Покажи мне себя любимый дух,
Как ты показывалась до нашего расставания,
Холодная, как зима, и такая бледная,
Со смертельным страданием, очерченном на твоем лице.

Будешь ли ты в форме звезды,
Звуком издалека, печальным вздохом ветра.
Или видением, на которое неприятно смотреть,
Мне все равно, только приди ко мне.
Я не призываю тебя для того, чтобы обвинять
Тех, из-за которых ты ушла из живых,
Не для того, чтобы осуждать их или оскорблять,
Говорить те слова, которые ты сказала им при прощении.
Я не зову тебя придти ко мне,
Чтобы держать тебя и удерживать тебя вблизи,
А только, чтобы сказать: Я люблю тебя, самая дорогая,
Я твой друг, о, приди ко мне.
3. Постлюд, песня. Эта и последующие три песни написаны на текст венгерского поэта Шандора Петефи (1823 - 1849). Похоже, что Ницше воспользовался переводом Карла Марии кертбени, опубликованном в 1858 г. в Лейпциге, но существуют некоторые расхождения между его текстом и текстом этого издания. Название "Постлюде" принадлежит Ницше.
Ах, я больше не хочу иллюзий этого мира,
В котором наслаждение и страдание держали меня заключенным,
Я хочу уйти далеко, далеко от горести этого мира
В одинокие леса диких гор.

Там я услышал бы шепот древнего дерева,
Сидел бы у ручья и слушал его мелодию,
И слушал бы песню малиновки, видел бы последний блеск заходящего солнца,
Тогда я смог бы расковать себя в атмосфере гармонии природы.
4. Серенада, песня. Текст Шандора Петефи.
Туман опускается на тихие кусты,
Осенний дождь приносит свой холод,
Листья падают, их цвет бледен,
И слушайте! Я слышу соловья.

Облака приносят еще больше дождя и влаги,
И все же соловей поет,
И те, кто слышат его мягкие звуки,
Слышат их сердцем, полным горящей любви и ожидания.

День прошел, поздно.
Спишь ли ты, моя смуглая дева?
О, слушай, принцесса воздуха
Он поет песню такую печальную и прекрасную.

Моя милая девушка, о можешь ли ты слышать
Эту маленькую птичку, такую простую и чистую
И как в ее песне царит моя любовь?
Моя душа идет к тебе с ее звуками.
5. Бесконечность, песня. Текст Шандора Петефи.
Только ты, моя дорогая дева,
Освещаешь мой взор и даешь мне удовольствие.
Только ты, кого я хочу сегодня и всегда,
Ценить.
Если это только сон,
То с пробуждением исчезают все мои радости,
Здесь на земле и в небесах
Все мое блаженство ускользнет.
Около воды я стою,
Глядя на задумчивые ивы.
Они напоминают мне о моей печали,
Которая движется повсюду.

И я вижу опустившиеся ветви,
Отражающиеся в воде.
Они являются отображением моей души,
Лишенным всей ее страсти.
По мере того, как становятся холоднее и короче,
На юг отправляются стаи птиц.
О, если бы я мог лететь вместе с ними,
То какое утешение это принесло бы!
И все же моя грусть и мое ожидание -
Где им предел?
А моя любовь не имеет границ.
В ней бесконечность.
6. Увядшая, песня. Текст Шандора Петефи.
Как цветок ты дала мне удовольствие,
Цветок завял - ушли его краски.
Как само солнце ты давала свет без меры,

Ты ушла - последовала тьма ночи.
Ты заставила мою душу вздыматься высоко в небо,
Ты сломалась - и моя душа лишилась всей своей смелости,
От тебя мне было дано тепло крови,
Ты ушла - теперь я должен умереть от холода.
7. Шторм, песня. Текст Адальберта фон Шамиссо (1781 - 1838).
Высоко на ступенях этого замка стоял Король.
Он смотрел блуждающими глазами на свою прекрасную и покрытую облаками страну.
Небеса освещались молниями и вдали гремел гром,
Король держал в своей правой руке эфес своей верной сабли.
Его левая рука сжимала скипетр, королевскую эмблему храбрости.
А на его голове покоилась тяжелая золотая корона.
Его королева легко дотронулась до его мантии, чтобы обратить не себя внимание:
"Ты когда-то страстно любил меня, теперь же ты едва ли мой".
"Какая страсть, любовь и ухаживание? Не теперь, моя любимая королева.
Назревает буря, предупреждающие ее сигналы уже видны.
Смотри, на башнях замка как король я встаю, чтобы сражаться,
И все же я боюсь сил, которые значительно мощнее, чем вся моя сила.
Какая же страсть, любовь и ухаживание? Сдержись, любимая королева!
Ураган назревает сейчас, и его предупреждающие сигналы видны".
8. Все с большим и большим удовольствием, песня. Текст Адальберта фон Шамиссо
Работа была тяжела и почти тщетна,
Холодные ветра с севера сгущались.
Мои волосы мокрые из-за тумана и дождя,
Изможденный я возвращаюсь.
Так налей же теперь в мой бокал алого вина
Из старых и ценных бочек.
Я люблю смотреть не его сияющий блеск;
Его жгучий вкус хорошо рассчитан.

Но большее утешение я получаю от твоих глаз,
Они помогают четко видеть, когда ты раздражен.
Еще большее тепло я ощущаю, когда я целую твой рот,
Это помогает пережить горести.
Дай мне твой рот, бокал вина,
Твое любящее сердце так постоянно,
Никакой шторм не может сломить меня, никакое зло не победит,
Моя сила возвратилась. Я готов.
9. Дитя погасшей свече, песня. Текст Адальберта фон Шамиссо
Ты бедная и несчастная свеча, угас твой свет.
Твое пламя было так великолепно,
Так почему же оно должно теперь прекратиться,
Чтобы оставить меня в ночи?

Теперь, когда я во тьме,
Это то, что делает меня таким грусным.

Ты приносила столько радости и блеска
Тем, жизнь которых горька,
Вот именно это я и считаю плохим.

Ты бедная и несчастная свеча,
Угас твой свет,
Хотя мой свет был отнят у меня,
И я чувствую себя совершенно заброшенным,
Ночью я думаю о тебе.
10. Манит и гнется, песня. Авторство стихов не уточнено. Стихи могут быть Шандора Петефи, но поскольку подобной поэмы Петефи не было найдено, возможно, что сам Ницше был автором.
Виноградные плети кивают и зовут.
Все они - желтые и ярко красные
Они говорят мне с состраданием:
Вся любовь должна кончится со смертью.

Как волны, виноградные лозы движутся,
Как во сне они качаются,
Что, если бы они видеть могли как
Слеза катится из моих глаз.

Ветер движется сквозь виноградные листья,
Их цвет похож на кровь,
Мои чувства нестабильны,
Они движутся как поток в реке.

О, виноградные лозы, ваши листья падают,
Как при ветре вы склоняетесь,
Вы говорите мне, что вся любовь
Приходит к болезненному окончанию.
11. Юная рыбачка, песня. Это единственная песня Ницше, где точно известно, что автором стихов является он сам. Стихи датируются примерно июлем 1862 г.; песня была написана три года спустя, в июле 1865 г. Ницше сделал два варианта этого сочинения с некоторыми улучшениями в отношении текста и музыки во втором варианте, который был использован для исполнения.
В ранние часы утра
Улетают мои мечты,
В долинах рождаются туманы.

Солнце приветствует пробуждающийся день.
Туманы крутятся и вздымаются.
Воздух влажен и чист.
По мере того, как уходят сны ночи,
Я должен терпеть горестную мысль.

Прохладное и молчаливое море лежит.

Кажется, что оно никогда не отдыхает.
Я стою и дрожу, чувствуя себя заброшенным.

Я закрываю глаза и делаю вдох.

Из чего состоит туман?

Уж это не моя ли смерть, которая идет?
О, все мои слезы напрасны,
Как и вся моя любовь.

Я ищу твоего утешения,

Приди и сделай меня свободным.
Твои приветствия приносят восторг.

Да, ты манишь меня,
Я вижу как ты едешь

Подобно такому дикому ветру.
Не прячься больше,
Люби меня! Люби свое юное рыбацкое дитя.
12. О, плач за тех, для хора и фортепиано. Текст лорда Байрона из "Иудейских мелодий". В декабре 1865 г. Ницше работал над некоторыми музыкальными оформлениями текстов из "Иудейских мелодий" лорда Байрона. Он так и не закончил их, а некоторые из набросков пропали. Это исполнение основывается на реконструкции этих набросков, где по возможности было использовано оригинальное сочинение Ницше. Только первый станс поэмы Байрона "О, плачь за тех" был использован для этого настроения. Ницше начал наброски постановки второго станса, но это имеет такой незавершенный вид, что восстановление невозможно.
О, плачь за тех, кто плакал у потока Бабеля,
Чьи усыпальницы заброшены, земли которых - это сон:
Плачут об арфе сломанной раковины Иуды:
Скорби - там, где жил их Бог, Богиня живет.
13. Солнечные дни осенью, для хора и фортепиано. Текст Эмануэля Гейбеля. Ницше написал это сочинение в апреле 1867 г., возможно для друзей в Лейпциге, где он в то время учился. Для данного сочинения композитор использовал шесть из девяти стансов поэмы.
Солнечные дни осени,

Дни такие мягкие и такие спокойные,
Они приносят покой от суеты,
И они ощущаются как бальзам.

Когда я иду вдоль ложбин,
Когда я иду вдоль ручья,
Всюду следует солнце
До самых гор, на которые я смотрю.

Дни отдыха и тишины,

О, какими благословенными они чувствуются.
То, что было ранено жестокостью,
Теперь все это нежно может излечиться.

Листья в легкой окраске
Говорят мне, что скоро они должны упасть.
Срок жизни краток,
Рождение и смерть затрагивают всех.

Есть дни отражения,
Думая о том, что было,
Как может душа избежать разногласия?
Как может быть видна доброта?

И мои чувства обострены,
Как связана между собой вся природа,
Разум и мир соединены
В гармоничном звуке.
14. Прощай, я сейчас уезжаю, для хора мужских голосов. Это было написано в августе 1870 г., когда Ницше, будучи медицинским работником, находился на пути к фронту франко-прусской войны. Найти автора стихов оказалось невозможным.
Прощай! Я сейчас уезжаю
На войну, идущую вдоль Рейна.
Там стоят мои друзья,
Я хочу присоединиться к их рядам.

Я знаю твой пыл и огонь
Присоединяться сердцем и руками
С одним лишь желанием:
Спасти Отечество.
15. Фрагмент ан зих, для фортепиано. Написано в октябре 1871 г., возможно, для встречи друзей, с которыми Ницше встречался во время каникул в Лейпциге. В октябре 1864 г. он написал подобное же сочинение, которое не было завершено, но которое содержало несколько строк поэмы Гете ("Он всегда ел свой хлеб со слезами"). Это название может быть игрой слов в ответ на кантовское "Вещь в себе" и откликом на замечание одного из своих друзей о том, что большая часть его сочинений осталась в форме фрагментов. Его намерение может быть скорее ироничным, нежели серьезным.
16. Ответственность за историю церкви, для голосов и фортепиано. Написано в качестве подарка на день рождения Франца Овербека 16 ноября 1871 г. Это редкий пример юмора Ницше в адрес Карла Рудольфа Хагенбаха, старейшего коллеги двух молодых профессоров. Это представляет также собой пародию на церковную музыку, как антифональный стиль хоральной музыки эпохи ренессанса, так и лютеранский хорал "Он, который доверяет только богу". Чтобы углубить впечатление от включения насмешки в форме старинного сочинения, манускрипт был написан на золоченой, слегка обгоревшей бумаге. Скорее всего, намерением не было синсеанское фактическое исполнение, по меньшей мере, в серьезной манере. Скорее всего дорогое издание было нужно для того, чтобы это сочинение подходило для исполнения хором.
Хор лениво изучающих теологию студентов:
Ох! Ах! Не слушай лекций профессора Овербека,
лучше послушай историю церкви у старого болтуна Хагенбаха.
Хагенбах понимает, что нам нужны хорошие отметки,
потому, что нам нужен хлеб, и мы кормим жен.
Сын утехи:
Тот, кто всегда верит, что Бог дает,
и наш дорогой, старый Хагенбах
будет чудесно направлен,
знает ли он или нет,

Здесь в хор негодующих зрителей вмешивается ирония:
Чудеса! О, ты чудесным образом бесстыден и скучен
и без единой искры духа нашего Овербека,
и ты к тому же, не разделяешь его другие качества, которые прелесны.
17. Мелодия для двоих. Фортепианный дуэт. Написан в феврале 1873 г. как свадебный презент для Ольги Херцен (поэтому "Бармхайцигкайт") и Габриэля Монода (поэтому "Мелодия"). Сочинение является переработкой со значительными удлинениями той секции, которая отображает Благовещение Марии из наброска для Рождественской оратории 1861 г. Вагнер, который знал об обстоятельствах этого сочинения, прокомментировал, что, делая концовку в форме церковной музыки, Ницше хотел возложить благословение папы на супружескую пару, которая отстранилась от церковного бракосочетания.
18. Мольба к жизни. Песня для голоса и фортепиано. Текст Лу Андреас-Саломе, написана в августе 1882 г.
В апреле 1882 г. Ницше был представлен Лу Андреас-Саломе, с которой его связала крепкая, но кратковременная дружба. Ницше восторженно относился к некоторым из ее стихов и среди них - к "Гетебан дас лебен", которые Лу Саломе преподнесла ему в форме презента при их расставании. Он сразу же переложил их на музыку, использовав мелодию "Гимна дружбе", написанного в 1874 г., для чего потребовались некоторые изменения. Ницше очень высоко рассматривал этот симбиоз поэзии и музыки. Он был убежден, что хорошее исполнение "соблазнит" внимательных слушателей в отношении его философии. Лу Саломе серьезно признавала то настроение, которое Ницше создал для себя. В своей автобиографии она пишет:
"Чем выше он поднимался как философ в его страсти к жизни, тем более глубоко он страдал как человеческое существо от своих собственных учений о жизни. Эта битва в его душе, истинный источник философии его последних лет представляют собой как всего лишь несовершенно представленные в его трудах и книгах, но все это звучит, пожалуй, наиболее глубоко в его музыке на мои стихи "Гимн жизин", которую он сочинил летом 1882 г., когда он находился у меня в Тюрингии близко от Домбурга".
Ницше сочинил лишь один станс на стихи Лу Саломе, которые имеют два станса. Оба они были исползованы для аранжировки, которую создал Петер Гаст для хора и оркестра в 1887 г.
О, жизнь так странна. Я считаю тебя дорогой,
Дорогой с той любовью, которую друг дает другу.

Ты дала мне смех, дала мне слезы,
Ты нанесла мне раны, но одновременно и помогла излечить их.

Я считаю тебя дорогой, приносишь ли ты боль или благо,
И когда ты стреляешь смертельной стрелой.

В печали я отрываю себя из твоих объятий,
Так же как друг должен расставаться с другом.

Текст, комментарий и перевод стихов Вольфганга Боттенберга.

"Сжатость и концентрация"
Роджер Холинрэйк
(Статья к CD диску - "Фридрих Ницше:
Песни для голоса и фортепиано")

14 песен для сольного исполнения под аккомпанемент фортепиано написаны Ницше во время его учебы в Шульпфорте (1864-65г.), а также в течение первого года обучения в Боннском Университете. Эти песни являются наиболее удачными его музыкальными композициями.
Сложная, глубокая поэзия Грота, Рюкерта, Айхендорфа, Хоффманна фон Фаллерслебен и других популярных романтических поэтов с их ясными стихотворными конструкциями и с точным подбором слов, несущих также глубину образности их горячего воображения-лучшие песни, написанные Ницше , как раз и являются образцом сжатости формы и образной концентрации настроения-все это ускользнуло от внимания Ницше при создании им амбициозных инструментальных произведений и произведений для хорового исполнения, написанных в тот же период.
Песни являют собой образец прогрессивного развития-начиная уже с ранней серии-"Мое место перед дверью", написанной Ницше в 1861 году, когда ему едва исполнилось 17 лет, эта песня являет собой спонтанный сплав поэзии, декламации, ритма и ключевого текста-эти же качества присущи самому жанру песни и лучшим ее образцам-к примеру, у Шуберта. Все большая музыкальная смелость отражена в совершенно удивительных произведениях Ницше- таких, как "Из юности", "Тут тек ручей" с их пульсирующим фортепьянным аккомпанементом, в песне "Как вьется виноградный куст" и в так похожей на Шумановскую песне "Заклинание", где Пушкинское стихотворение породило одну из лучших Ницшевских музыкальных композиций.
Новая фаза в творчестве началась в 1862 году, когда Ницше открыл для себя поэзию Шандора Петефи и стихи Адальберта фон Шамиссо, французского экспатрианта, чьи типично немецкие стихи вдохновили Шумана на создание песенного цикла "Женская любовь и женская жизнь".
В последние годы обучения в Пфорта и во время обучения в Боннском Университете, Ницше, вдохновленный случайным знакомством с Германом Дитерсом (в последствии-автором лучшей биографии , Брамса), серьезно занялся изучением Шумана. Его интерес к творчеству этого композитора не угас после перевода его в Лейпцигский Университет (однако, после этого им не было написано ни одной песни). В конце своей жизни Ницше пересмотрел свое отношение к музыке Романтизма (к которой относились Вагнер, Брамс и другие), его воображение подсказало ему-это новая "Дионисическая" музыка будущего. Влияние Шумана , однако, чувствуется в более поздних песнях Ницше. Трогательная песня "Эпилог", страстная "Ну и положение", глубокопрочувствованная песня "Бесконечное", долгая и повествовательная "Гроза", чьи непривычные гармонические ряды и арпеджио, исполненные левой рукой, идут вслед за бурей, приближаясь к ней "с дикой силой"; и декламационный пафос гармонически-дерзкой песни "Все охотнее".
По-шумановски трогательна наивная песня "Дитя с потухшей свечой" и безутешная , рвущая сердце "Увядшее"-самая короткая и самая простая из всех песен, шедевр миниатюры из всей коллекции песен. Хотя семь песен на слова Петефи и Шамиссо не были запланированы как единая серия, замечательным является то, что Ницше связал их воедино, добавив собственную поэму "В окне она мне посылает знаки" и подарив всю коллекцию песен на рождество 1865 года, написав также комментарий к музыке и добавив подробную инструкцию к исполнению.
К другому типу произведений относятся следующие две работы, выходящие за рамки общепринятого в 19 веке: мелодрама "Разбитое колечко", написанная на текст Айхендорфа для голоса и фортепьяно-произведение необычное для песенной структуры того времени; и "Юная рыбачка", написанная 11 июня 1865 года накануне отъезда Ницше в Лейпциг (к этому времени ему исполнилось 20 лет и это было по сути его последним песенным циклом). Преобладающая атмосфера ницшевских песен-волнующееся неспокойное море, окутывающий все туман, нарастающее чувство ужаса-все это было необычайно тонко прочувствовано Ницше и перенесено в музыку. Это чувствуется особенно в экспрессионистском "Речитативе"-это уже следующая страница в музыкальной истории.
Если сами песни Ницше-вне всякой критики, то ограниченность их технически-музыкального диапазона здесь присутствует.
"Отголосок рождества"-для фортепьянного дуэта, написанного в ноябре 1871 года-изначально была задумана для скрипки. Песня впервые была написана 2 января 1864 года в Пфорте-как раз в самый разгар песенного сочинения. После назначения Ницше на профессуру в Базельском университете песня была переделана и уже имела мало общего с первоначальным образцом. Она была написана для совместного исполнения с теологом Францем Овебеком, чьи возможности как музыканта-исполнителя были довольно ограничены. По этой причине произведение было передано новым друзьям Ницше-семье Вагнера в Трибшене - оно стало подарком ко дню рождения Козимы Вагнер накануне рождества 1871 года, год спустя после первой постановки Идилии Зигфрида, на которой Ницше присутствовал. "Не задумана ли песня "Отголосок рождества" для оркестра?" спрашивает Козима Вагнер в своем письме 30 декабря.
Ханс Рихтер, один из дирижеров Вагнеровсих постановок вспоминает, что во время своего визита в Трибшен, Ницше исполнил это произведение вместе с Козимой для самого Вагнера.
После афористичной ясности Песен симфоническая сложность и импровизаторский пыл его музыкальных поэм кажется совсем неожиданным. "Рождественские колокола" (другое название все того же "Отголоска рождества") демонстрируют некий прорыв в трактовке тематического материала, однако сам оригинал-"Рождественская ночь" является более многословным и протяженным произведением. Хотя и здесь не замечено попытки применить чисто симфонические конструкции (пример-сонатная форма). Если в "Танце крестьян" и нет той естественной полноты и непринужденности, которая присуща бетховенской вещи "Веселая жизнь крестьянской общины" из его "Пасторальной" симфонии (сравните также 5 сцену в 3 Акте "Майстерзингеров", произведение Вагнера, которое Ницше старательным образом изучал), длинные крещендо , присутствующие в первой части произведения и жесткие фигуры в кульминационной части-очень хорошо выдержаны. Новогоднее приподнятое настроение от ожидания празника и чуда-подчеркнуто боем часом в полночь - двеннадцать ударов колоколав предверии нового года, а еще точнее-новой взрыв истории-все это довольно часто любил вспоминать Ницше в своих ранних произведениях (особенно в замечательном рассказе "Сон на рождество", написанном в 1864 году). Совсем нетрудно узнать в бое часов в произведении "Рождественские колокола" отзвук боя часов из книги "Так сказал Заратустра" (части 3 и 4 , где Ницше говорит о "великом годе становления, который как песочные часы должен повторятся опять и опять...")
Необескураженный даже холодным приемом песни "Рождественские колокола" в Трибшене, Ницше вновь приступает к созданию другого фортепьянного дуэта-на этот раз им стал дуэт "Манфред. Медитация". Ницше закончил его 15 апреля 1872 года и исполнил в Байрейте перед семьей Вагнеров во время своего первого посещения этого города, как раз в то время, как был заложен первый камень под фундамент будущих байрейтских фестивалей.
Как и "Рождественские колокола", из которых выросло произведение "Манфред. Медитация", оно не лишено вагнеровского влияния, его маньеристических приемов, хотя в целом чистота музыкального ряда осталась чистой и без какого-либо постороннего влияния. "Здесь Ницше не скрывает своей внемузыкальной озабоченности-в данном случае чувствуется увлечение Ницше фаустовским сверх-человеческим героем, который так отчетливо виден и в байроновской драматической поэзии. Манфред здесь назван самим Ницше "сверхчеловеком", а поэма Байрона "сверхчеловеческим произведением".. Так Ницше сказал в докладе, сделанным им в декабре 1861 года перед членами общества "Германия". Несмотря на резкую критику в адрес "Манфреда", полученную Ницше от лица Ханса фон Бюлова, атмосфера самой поэмы действительно имеет много общего с мрачностью, которой не лишена и сама поэма Байрона.
Как однажды отметил Янц, мрачный и иногда даже жестокий портрет Манфреда является одновременно контрастом и антитезой Шумановской увертюре "Манфред", копию которой Ницше получил во время своей поездки в Наумбург на рождество 1863 года.
После "Манфред-медитации" Ницше создал только одно музыкальное произведение (если не считать очаровательную вещь "Монодия", сочиненную им к свадьбе Ольги Герцен)-это "Гимн Дружбе", написанный им в конце 1873 года.. Из него, девять лет спустя, он извлек в 1882 году "Молитву к жизни", адаптируя героическую мелодию гимна без слов для выражения стоических чувств одного стихотворения, написанного его новой знакомой-юной русской девушкой-Лу фон Саломэ.

Фортепианные произведения и фантазии для виолончели и фортепиано.
Елена Летнянова (фортепиано) и Кунито Нагата (виолончель)

Ф.Ницше
Ницше написал более 70 вокальных и инструментальных композиций для оркестра и, главным образом, для фортепьяно. Он начал сочинять музыку , будучи еще подростком и продолжил фортепьянные импровизации до своих последних дней , находясь в больнице. Его музыка очень романтична, серьезна, грустна, драматична и полна переживаний. Лист, Вагнер и Ницше были связаны между собой дружбой и увлечением Шопенгауэровской философией. Ницшевская музыка - прямое воплощение этой философии по существу и косвенным образом это чувствуется и в названиях произведений - например. " Грусть - как фундаментальная мелодия природы". Уже в последние годы 19 столетия Ницше предсказывал полиморфные методологии нашего столетия , то , что сейчас мы называем постмодернизмом.
Еще раз можно вспомнить о том, как ницшевская философия была неправильно понята и использована 30 лет спустя после смерти философа националистическим движением в Германии. Его философские работы (Так говорил Заратустра) вдохновляли многих композиторов на создание более чем 300 произведений-от песен до симфонических поэм (Штраус, Шенберг, Хиндемит, Орфф, Вольф и др.). Названия его фортепьянных произведений : "Вступление", Наброски(к Байроновскому "Фоскари"), Едеш Титок,, В лунном свете на Пуште, Венгерский Марш, Лист из альбома, Фрагмент самого себя, Эрманарих (Симфоническая декламация), Прелюдия, Праздничное шествие друзей к храму дружбы.

Елена Летнянова была лауреатом премий в Лондоне и Братиславе в 1993 году.
Елена Летнянова.
Др. Елена Летнянова родилась в Братиславе(Словакия) и обучалась на факультете Музыкознания в Университете ЯнаАмоса Каменского в своем родном городе до 1984 года. Она закончила Высшую школу музыки по классу фортепьяно у Людвига Хоффмана, ее педагогами были также Рудольф Макудзински и Мария Вилькомирска. Дебютом Елены Летняновой было были две мировые премьеры фортепьянных концертов Хатрика и Фаркаша.
Др. Елена Летнянова выступала как солистка на более чем 200 концертах в Мюнхене, Варшаве, Ржеке, Риме, Лондоне, Брудже, Сан Франсиско, Далласе, Форт Ворте, Денвере, Нью Йорке (В Карнеги Холле).Она участвовала в записи более 35 музыкальных произведений классической, романтической и современной музыки Словацких композиторов.
В 1972 году ее карьера была прервана на 13 лет из-за участия в демонстрации Яна Палаха 1969 года против Русской интервенции в Чехословакии. Позднее она перевела книгу Соложеницына "Послание из ссылки" -книга вышла в самиздате , после чего она покинула свой родной город в августе 1984 года и эмигрировала в США. С 1987 до 1992 года она является Профессором и Зав. кафедрой в Университете Дэйтона.
Ее музыка, художественные обозрения, статьи были опубликованы в различных газетах и журналах в Чехословакии, Великобритании и Бельгии.
Кунико Нагата
Японская скрипачка Кунико Нагата прошла успешное обучение на своей родине. Закончив свое обучение, она поехала с гастрольным туром по США в качестве дирижера оркестра ТОХО под управлением Сэйдзи Одзава. Она участвовала в концертах в Карнеги Холле и Кеннеди Центре. В 1976 году она приехала в Бельгию на грант от Фонда Алекса де Ври и обучалась в Королевской Фламандской Консерватории в Антверпене у профессора Рубинштейна. Она получила диплом с отличием. Затем она обучалась у профессора Нимана в Гилдхалловской Школе музыки в Лондоне и получила диплом об окончании курса. В то же самое время ее курировал Л. Коган. Она является лауреаткой различных конкурсов, среди которых Тенуто, Карл Флеш и Паганини. В 1982 году состоялись ее первые выступления в Лондоне и двумя годами позднее -в Антверпене, дирижировал тогда знаменитый Карло Дзекки.
С тех пор она давала концерты в Англии, Италии, Франции, Гонгконге, Японии и Бельгии. В 1985 году она впервые сделала запись своего исполнения Сонат Мендельсона для скрипки.

 
 


Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика